Видишься с мягким знаком или нет

Ответы@monsouticsu.tk: употребление мягкого знака для обозначения грамматических форм

мужиков и женщин безграмотны, самая распространенная ошибка - тулить мягкий знак в глаголы там, где Да просто больше слов нет ты АНГЕЛ!!!. I. Для обозначения мягкости согласного мягкий знак пишется: глаголов настоящего и будущего времени: берёшь, берёшься, видишь, видишься; . слова, в которых непроизносимых согласных нет, например: вкусный, гласный. непроизносимых согласных нет, например: вкусный, гласный, искусный видишься; .. -ск- мягкий знак не пишется: Сибирь – сибирский, Астрахань –.

Хорошая книга для НГ и. Ребенок от 3 до 7 Мы тут взяли в детской библиотеке замечательную книгу. Цукерман "Чтение без принуждения" Москва, Серия "Народный университет: А также игры, помогающие начать читать слитно и с интересом. Кстати, если кто знает, где ее можно купить - подскажите пожалуйста! Обсуждение Да, действительно это очень неплохая книга.

Мне нравится вот этот тезис о том стоит или не стоит учить детей читать до школы: Школа призвана ввести ребенка в теорию письма и чтения, помочь ребенку осмыслить законы письменной речи и употреблять их сознательно. Практическое освоение письма и чтения — это другая, совсем отдельная задача, и решать ее лучше всего до школы. Первокласснику легче размышлять "какую работу выполняет буква Ь в слове "лью" или "почему в слове "полка" эта буква не пишется, а в слове "полька" — пишется", если до школы он уже научился свободно манипулировать этой и всеми прочими буквами, если ему не надо мучительно напрягаться, чтобы вспомнить, как выглядит этот "мягкий знак", или чтобы прочесть написанные на доске слова с мягким знаком.

Москва, "Новая школа", ; Москва, "Знание", Возможно, какую-то из них можно купить на книжной ярмарке в Олимпийском в букинистическом крыле от входа налево. Могу на время дать свою для сканирования или ксерокопирования: И вообще называют сейчас так девочек. Обсуждение Называют, но нечасто, по-моему.

Видишься с мягким знаком или нет

Не знаю, как правильнее. А вообще имя красивое: Мне только пару раз высказали, что имя странное и на фик мы выпендривались. Да, еще часто спрашивают, как коротко. На ответ-никак,Аксинья и есть, или Аксиньюшка,но это еще длиннее-делали недовольные физии.

Один раз мама на площадке сказала, что будет звать Ксюшей, ей маме так больше нравится. На что я пару раз ее Кирилла назвала Васей, вроде перестала: Ребенок от 7 до 10 Как отличить когда мягкий знак разделительный, а когда служит для смягчения? Я поняла, что у меня большие трудности. Мне как то этого не надо было никогда, а тут в тестах постоянно такие вопросы. Надо ребенка научить, который пишет тоже без ошибок и мягкий знак, и твердый, неважно в какой роли, но в тестах путается.

Обсуждение Если после ь стоит гласная, то он разделительный Если легко произнести целым словом то смягчение. Образование детей Точнее слова с мягким и твердым знаками когда начинают писать, в первом или во втором классе? Столкнулись мы с проблемой, ребенок пропускает ъ и ь знаки, 2 недели назад в упражнении были слова с ъ знаком,в домашнем задании, дочь ни одного не вставила, естественно переписали, предварительно объяснила как, почему и.

Сегодня смотрю тетрадь, делали они упражнение в классе, ни в одном слове нет мягкого знака. А в конце дня случилось событие. С ним обычно свита ходит, а тут один зашел, постоял посреди комнаты, хмыкнул. Жанна бестрепетно вышла. Так не говорят с директором! Как это вы писали: Ну да у вас еще лучше, осмысленнее. Хочется себя человеком чувствовать, а не трусом. Ишь ты, какой тут у вас мужичок-с-ноготок. Хотя, конечно, тоже экономия: Наступило такое молчание, что у меня прямо-таки уши заложило.

Сказано было вдвойне точно: Рыконд посмотрел так, словно марсианку. В последний момент он мне показался похожим на Суворова: Он ничего против Жанны не имел, просто он единственный ничуть не был замешан и потому мог наблюдать всю сцену с максимальным комфортом. По работе пусть что хочет говорит, а в остальном мы равны, хоть бы он трижды академиком был! Она ушла в комнату, где стоял ее энцефалограф, грохнув за собой дверью так, что из стены кнопки посыпались и Колин любимый портрет Пенфилда упал на пол.

Ну что с ней делать? Скажут, вопросы воспитательной работы недостаточно вдумчиво решаются. Через полчаса вернулась Жанна, села к Галиному столу: Подозреваю, что он Жанну просто боялся. Мы не сговаривались, что пойдем вместе домой. Просто, когда подошло время, стали одеваться, почти не глядя друг на друга: По лестнице спускались, как будто случайно шли вместе, а на улице я сразу взял ее за руку.

Я в лаборатории самая свободная. Вы все от него зависите: Кричать я лучше его умею. Я буду все на себя брать, а ты не встревай, ясно? А тут трезвый расчет… Куда пойдем? Она изо всех сил старалась держаться уверенно. Спросила таким тоном, точно само собой разумелось, что мы должны куда-нибудь идти. И осуществилась моя давнишняя мечта. Свою художницу по тканям я почему-то стеснялся позвать в аттракционный зал кататься на электрических машинках: С ней я больше по выставкам ходил.

Сначала за руль сел. Любовь к автомобилям у меня наследственная, и я сносно вожу, но отец не дает мне свою машину: А пока не рискую. Я открутил свои три минуты чисто: Едва время кончилось, Жанна закричала: Мы снова заняли очередь. Жанна правила порывисто, била резиновым боком другие автомобильчики, влезала в заторы. Я пытался ей помочь, но она кричала: Мы вырвались из очередного затора и понеслись по прямой. Впереди в красном автомобильчике ехал отец с маленьким сыном, белая макушка мальчика едва поднималась над сиденьем.

Вдруг папаша резко развернулся и пошел прямо нам в лоб. Я в последний момент крутанул руль, но почти не успел ослабить удар. Мы столкнулись амортизаторами, отлетели и снова столкнулись. Малыш заревел, из носа у него лилась кровь: Время кончилось, ток выключили.

Плачущий мальчик бросился к матери, а папаша устремился в противоположную сторону. Чулок у нее был порван, и наливался здоровый синяк. Я же не знала, что он таранить.

Ведь не ты развернулась, а. Ребенок-то у них нос разбил. Был бы у нас, тоже разбил. Мы вышли на улицу. Темнело, так что разбитая коленка почти не была видна. Мы инстинктивно повернули в сторону, противоположную той, откуда пришли. Улица вывела нас к Гавани. В полумраке у причала вырисовывался белый теплоход, такой же, как на курортных открытках. Странно было видеть нарядный летний корабль у заснеженного пирса.

И откуда такой приплыл запоздалый? В глубине души я в это не верил. Слишком я прирос к Ленинграду: И от одной мечты уже становилось теплее. А с Жанной особенно хорошо было об этом говорить, потому что звучало так, будто мы обсуждаем планы нашей будущей жизни и планы сходятся. Мы смотрели друг другу в. Глаза приближались, становились все. Жанна смотрела строго и отрешенно. Может быть, все дело было в ее взгляде: И тут я понял, что у нее никогда никого не.

Эта мысль меня поразила. Впервые я поцеловал нецелованные губы. Каким же с ней надо быть нежным и бережным! Потому что ты просто. Она все время помнит, что не похожа на штампованных красоток! Наверное, уже решила про себя, что счастье не для.

Тся или ться?: u3poccuu

У меня горло сдавило от нежности. Минуту назад я не знал, что скажу. Слова вырвались сами. И сразу я ощутил громадное облегчение: Я знаю, что в это трудно поверить, но тем не менее это так: Обходился взглядами, объятиями, поцелуями, а если вопросы: И потому сейчас, когда они наконец вырвались, такое же было чувство, как у немого, который вдруг заговорил!

Жанна смотрела доверчивыми, как у олененка, глазами, и я был счастлив вдвойне: На другой день в лаборатории мы говорили только об одном: Обрушит ли громы на Жанну?

  • Как правильно пишется «нравиться» или «нравится»?
  • Тся или ться?
  • Поле чудес в стране дураков (проапдейчено)

Затаился бы, улыбался, а потом припомнил. Лучше уж сказать, что бездарный. Жанна была спокойнее всех: Что он может сделать? Я член профсоюза и взносы плачу регулярно. Павлова тоже был озабочен. Выглянул из своего кабинета, сообщил: Совсем ребенок еще, хоть и вымахала. Вопросы акселерации сейчас остро стоят, нужно на общесоциальную проблему напирать. Мы с Жанной почти не разговаривали. Она скажет что-нибудь техническое: Долгожданное событие произошло после обеда.

Долгие поиски (fb2) | КулЛиб - Классная библиотека!

Как Жанна ни храбрилась раньше, все-таки она переменилась в лице. Могу… Хорошо, Сергей Павлович. Я встретился с ней взглядом. Она смотрела отчужденно, в глазах не было воспоминаний о поцелуях. Минут через сорок Жанна вернулась. Первый взгляд был мне, и я сразу понял, что все в порядке. Вам только в готовых кривых разбираться.

Мы все тихо ликовали, так что никто не обиделся. Когда я выдумывал компроморфные секрефиты, мне казалось, что получается хорошая шутка, а сейчас я, пожалуй, понимал. Да, я уже понимал. А что, если я вообще скоро стану точь-в-точь таким, как наш бедный.

Что, если мои теперешние шутки просто от молодости несколько затянувшейся? Когда мы вышли из института, я спросил: Почему-то мне казалось, что Жанна не договаривает, но она упорно повторяла: Ну, ни слова, так ни слова. Пойдем к тебе хоккей смотреть. Я никогда не смотрел по цветному. Нет у меня никакого цветного. У меня мама дома. Будет все время чаем поить и о болезнях рассказывать. А зачем врала все-таки? Вы на меня так смотрели, точно к вам кикимору болотную прислали.

Я и блефанула. И не очень я соврала: А ты еще отпиралась. Я тоже не очень стремился знакомить Жанну с родителями. Но знакомство все-таки произошло. Впрочем, ничего удивительного, что однажды мы встретились в театре: Она в театр как в магазин ходит. Столкнулись мы в фойе во время антракта. Мама издали заулыбалась, но потом улыбка сменилась удивлением.

Подчеркнуто задрав голову, она посмотрела на Жанну. Ее акцент был заметнее, чем обычно. Жанна робко пожала мамину ладонь. А мама зачем-то напирала на ее имя с излишней многозначительностью. Очень положительный молодой человек… Не сердитесь, что я так откровенно, я ведь из лучших чувств. Жанна посмотрела на меня, словно спрашивая: Ты ведь его знаешь? Я его обязательно приглашу к нам, а Леша позовет. О, не говорите, я знаю, в вашем возрасте многие девушки клянутся, что не выйдут замуж.

Я, помню, и сама клялась… Но это быстро проходит. Мне будет приятно сделать доброе дело для двух таких симпатичных молодых людей. Вы мне сразу понравились. У меня легкая рука. И, покровительственно улыбнувшись, мама поплыла. Через минуту было слышно, как она целуется с какой-то дамой. Я не смел посмотреть на Жанну. Если дословно записать этот разговор и прочитать в суде, ни один прокурор не докажет, что я предал Жанну.

Логически придраться, кажется, не к чему. И все-таки я понимал, что предал. И я понимал, что она понимает. Молча мы вернулись на свои места. Обычно мы в стороне пережидали очередь, а тут Жанна стала в очередь сразу, и я не посмел сказать: Я подал ей пальто. Я взял ее за руку, но она очень осторожно, точно боясь повредить мне пальцы, высвободилась. Я ведь знал, что доказать мое предательство невозможно. Пусть попробует объясниться, я буду возражать, любые слова лучше, чем молчание.

Я докажу, что ей просто показалось! Но Жанна не стала объясняться. Ночью я сотни раз мысленно произнес то, что должен был сказать тогда в театре, когда мама с ласковой улыбкой мучила Жанну. Но это не могло заменить тех трех слов, которых было бы достаточно, если бы сказать их вовремя.

На другой день Жанна держалась как обычно. Только когда подошло время уходить, вдруг замешкалась, стала копаться в нашей знаменитой машинке. Через два дня снова позвонил Рыконд и вызвал Жанну к. Опять мы встретили ее возвращение дружным: Когда мы случайно остались одни, я спросил: Но тогда я отказалась.

Раньше я всегда презирал ссоры влюбленных, сцены ревности. Но я потерял право на сцены и ссоры. Он теперь искренне приударял за Жанной. Одобрение Рыконда как бы наложило на Жанну высшую пробу в его глазах. Когда она спаслась, когда еще живет, Пускай еще стоит сей злоковарный свет. Охотно свет теряю, Но без тебя в пути сем радостном страдаю. Оставив общество, сердечно веселюсь, Оставивши тебя, я внутренно крушусь. Верх всех моих несчастий, Конец веселия, печать моих напастей!

О, радостей лишь тень! Проклят рожденья час и тот проклятый день, В который наложил Иридины оковы, И как вошел в ее объятия суровы!

Почто, как в грудь мою стрела ее вошла, Мне не пронзила грудь Громова вдруг стрела? И в сердце чувствуя я горесть несказанну, Не знаю, мне кого несчастнее почесть? Не знаю, как беды мне в равенство привесть? Нет зляе бед моих и участи горчайшей, Бедняе, зрится мне, Прианны я дражайшей. Но можно ль хоть сравнить ее с моей напасть? Я мучусь о себе, я и об ней страдаю, Несчастнее себя стократно я считаю. Вещал и, в горести залившися слезами, Едва свой путь он зрел слезящими глазами: Чем больше отирал, текло тем больше слез; Идет, спешит, грустит, уже приходит в лес.

На праге три раза пустынном оглянулся, Три раза на глаза ток слезный навернулся, Три раза он на град взор смутный обращал, Три раза он вздохнул, страдал и умирал. Привычка, дом, родство, всех более Прианна,— Забвением могла ль их жалость быть попранна? В пустыню уж вошел, уже вступил в леса, Безмолвие везде, шумят лишь древеса.

Оцепенел, и страх по телу мраз бросает, И ужас легкие власы на нем вздымает; Угрюмый тихий шум, унывно воет ветр, Нестройно дуб шумит, жужжит там грубо кедр, Береза клонится, трепещется осина; То толстый некий глас, то тишина едина. Сперва приходит в страх, и шум ему тот дик. Без страха ли войдет, кто жить в них не обык?

Долгие поиски (fb2)

Когда внезапно Юг, ходя в лесу, завоет, И сердце тут его смущенное заноет; Как если древеса испустят странный глас, Спокойство некое приходит в оный час; Когда взволнуясь лес в движение приходит, Тот шум в забвение глубокое приводит; И раздающийся в пустыне грубый стон На мысль безмолвие, на глаз наводит сон.

Дорогу кажет страх, идет за ветром вслед; Густой наводит лес забвение всех бед. Лишь о Прианне грусть Дикону не забвенна, Об ней прискорбен дух, об ней и мысль смущенна. Он лесом идучи, пал дум во глубину, И слышит он в лесах и зрит ее одну.

Он в думах возглашает, К его несчастью он и Эхо отвечает. Услышавши сей глас, внезапно становится, Вокруг себя он зрит, то сам себе дивится. Прилежно внемлет глас, что Эхо отдает, И в страсти мня, что то Прианнин был ответ, Он ходит, он глядит, он ищет, он вздыхает, Хоть страсть жестокая ему и обещает, Но не находит он уже ее в лесах, И мня, что кроется, глядит во всех кустах.

Как голубь, своея любезныя лишенный, Летает по лесам, разлукой возмущенный, То с ветвия на ветвь, с куста на куст другой, Стократно прелетит, иль в куст влетев густой, То наклоняется, то взор везде метает, Подсматривает, зрит, вздыхает и внимает; Где в ветвиях густых вдруг птица лишь порхнет, Встрепещет и туды направит свой полет, — Где страсть манит его любезною четою, Там в горести своей он встретится не с тою. Так, страстию прельщен, и Эхом обманясь, Любовию водим, и грустию томясь, Он сколько ни искал, Прианны не находит, И в размышление о той мечте приходит.

И видя, что манит страсть суетная грудь, Вздохнувши, дале в лес свой продолжает путь. Он, долго идучи, взошел на холм высокий, Где вниз с журчанием текут ключей потоки. Оцепеневши, стал и видит изумлен, Что верх ужасной там пещеры огражден, Которая была высоких гор в раздоле, На все места он зрел, лежащи вкруг, оттоле: По ту страну реки дымится верх лесов, Иль инде промеж их окружность зрит лугов; Вдали чрез лес поля простерлися широко, И степь, где жадное зреть заблуждает око.

Сии места его остановили ход, Влекущие к себе издревле смертных род, Искусства слабого завидные примеры. Се место для него несведомой пещеры. Он, долго зря на них, задумавшись стоял, Всё обозрев, вздохнул и сам себе сказал: Стократно жители вы в сих местах блаженны! Вотще стремится всяк натуре подражать, И тщетно тщимся мы за нею успевать. Искусства хитрого вовеки труд бесплодный, И всуе вслед спешит за нею земнородный. Возможно ли сравнить с натурой мастерство?

Возможно ли постичь в строеньи естество? Сомненный, так сказав, к пещере вниз пошел, И в первых на вратах он старца обозрел, Который целый век на небеса взирает И, век свой не сходя, в том месте пребывает.

Спросил он у него: Чудится, изумлен сей тайною такою. Пошел, сомнением волнуясь, во врата, И идучи в сии ужасные места, Собою и своим крепится он ответом, И ободряется лишь собственным советом. Един во странствии, и в бедствиях един, Тем больше к ужасу и к горестям причин. Когда вошел Дикон внутрь страшныя пещеры, Увидел, что живут смиренны изуверыПриятные лицем, ласкающи в словах, Вид жалостный в глазах, усмешка во устах, Прелестно преднее жилище украшенно, Где скромность видится и житие блаженно, Союз и тишина и братская любовь; Где вольность царствует и нет мирских оков; Наружна простота в одежде их и в пище.

Он вшел, обрадован, во внутренне жилище, И видит, что сии Циклопы смертных жрут, Терзают члены, кровь единородных пьют, Лежат объедены тут кости убиенных, Повсюду гнусный смрад, везде ужасный вид, Сгущенный воздух в ней пришедших грудь теснит, Везде засохша кровь; лежали тут полсыты Циклопы, и вином и крепким сном покрыты. Близ овцы заперты утученны лежат, Которых два раза на всякий день доят: Несытую свою тем алчность насыщают, Потом их на луга обильные гоняют.

Желанием всё знать несчастный привлечен, Коликим наконец был страхом поражен, Когда пещеры сей, по внешности прекрасной, Увидел он ее вид сердца толь ужасной! Уже полуденный везде сияет свет, Уже густая тень отвсюду в лес идет; И кони огненны блистающего Феба Взошли на самую средину чиста неба, Когда начальник их от сна проснулся вдруг, Восстав от сна, толкнул ногой из прочих двух, Встает он, морщится, с похмелья восстенает, И тела своего громаду подымает.

Циклопы двое встав, будили всех других, Тогда Дикон бежал, хотя уйти от. Но устремясь за ним широкими стопами, Циклоп схватил его и, заскрыпев зубами, В пещеру за власы несчастного повлек, И чувств лишенному так в ярости он рек: Он бедного к столбу, сказавши, привязал И до другого дни на снедь определял.

Обычай есть у них несведом и чудесный, Три раза стрелы в день метать в круги небесны: Дикон на то смотрел, не ведая причины, Но думал, что они, как древни исполиныВедут с Юпитером преступную войну: В коль страшну, размышлял, попался он страну! Вздохнул и, горькими кропя лице слезами, Сам обвинял себя такими он словами: Что помавания я старца не узнал? Не он ли покивал мне три раза главою, Как я вступал в сей ад дрожащею ногою? Коль столько огорчен несчастной жизни день, Приятнее уже мне смертной ночи тень.

И может ли теперь и смерть мне быть ужасна? Дианна странствует во поле превысоком, Растрепаны власы, в молчании глубоком, Идет задумавшись, глядит в моря, в леса, И щупает перстом высоки небеса, Стесняет очи сном глубоким земнородных, И возбуждает всех зверей в лов разнородных.

Уж звери и сии, прервавши сон, встают, И паки небеса разить стрелой идут. Что день устроевая, Всем смертным на покой определяешь ночь, Ты ныне можешь мне единое помочь. Дай мне ужасну ночь сию на избавленье, Дай руку помощи и дай мне утешенье!

Изми меня из сих бесчеловечных рук! Избави от зверей и их престрашных мук! Богиня я сама, твоя любезна дщерь; В полунощи мой слух стон бедного внимает, Что в горестях ко мне ужасных прибегает, Ведет в бедах ко мне усердие. Богиня, на ее с улыбкою взирая И дщерь возлюбленну приятно лобызая, Вещала к ней: Толь долговременно не видишься со мною! Уж повеление Дианны принимают И воздух быстрыми крилами рассекают; Летят с златых полей на розовых крилах, Предстали Парки вдруг Дикону в тех местах; И руки, узами скрепленны, разрешили И жизненну его нить долее продлили Циклопы были все на подвигах своих, В успех употребил отсутствие он их Внезапно свободясь от смертных тех заклепов, Он с трепетом побег из страшных их вертепов; И продолжая путь, так размышлял с собой: Несведомых судеб премудро существо, Превосходящее и ум и естество!

Коль существа сего велика в свете сила, Что и от смертных врат меня освободила! О, коль ты щедрая, натура, обще всем! Не сокровенна ты и не скупа ни в чем! Сии угодия, сии места драгие, Достойны ль населять чудовища те злые? Ужели, говорил, циклопов зверь страшнее? И что их может быть свирепее и злее? Тем ночь и страх прогнал, уже проснясь, заря Смиренным оком зрит в поля, в леса, в моря.

С Тритонова одра встав, руку простирает, И в свет багряную завесу открывает, Повсюду сыплет блеск, возводит ясный взор, И озлащает все верхи высоких гор; На злаке, на листах блестящею росою Играет, засверкав, как бисерной водою, Когда из густоты пустынной вышел вдруг Дикон, которому открылся чистый луг, Покрытый зеленью, равно распространенный, Равен поверхностью, равно и окруженный, Его же посреди претолстый дуб стоит, Под коим целый век густая тень висит.

Се оный дуб, куды для пищи и покою Зевес, Плутон, Нептун склонилися от зною, Когда бунтующих Гигантов усмирял; Где их приятный Пан прещедро угощал, Под коим спор вели Помона, Церес, Флора О дубе, своего не разрешая спора, Которой бы из них достаться должен он В то время самое к ним подошел Дикон, И, видя божество, с говением вещает: Кто вы ни есть, хотя вы смертны, хоть богини, Преклонны будьте мне заблудшему в пустыни.